Сегодня лечение влажной возрастной макулярной дегенерации невозможно представить без анти-VEGF терапии (от Vascular Endothelial Growth Factor — фактора роста эндотелия сосудов).
Современные препараты позволяют подавлять патологический рост сосудов, уменьшать отек сетчатки и сохранять зрение. Но существует важная проблема: лечение требует повторных интравитреальных инъекций и регулярного наблюдения.
Для многих пациентов это становится лечением на годы.
Теперь офтальмология подходит к принципиально новому этапу.
Не вводить лекарство постоянно — научить глаз производить его самостоятельно
Генная терапия меняет саму философию лечения.
Вместо очередной дозы готового анти-VEGF препарата в клетки глаза доставляется генетическая инструкция.
После этого клетки начинают самостоятельно продуцировать терапевтический белок, который длительно подавляет активность VEGF.
То есть глаз потенциально превращается в своеобразную внутреннюю биофабрику лекарства.
Главная цель — не обязательно полностью отказаться от инъекций у каждого пациента, а резко уменьшить их количество при сохранении зрения и анатомической стабильности сетчатки.
Три технологии, которые сейчас ближе всего к клинической практике
4D-150
4D-150 вводится интравитреально и сейчас исследуется сразу в двух глобальных исследованиях фазы III — 4FRONT-1 и 4FRONT-2.
Его конструкция направлена на длительное подавление ангиогенных сигналов непосредственно внутри глаза.
Разработчики ставят перед собой конкретную цель: сохранить эффективность стандартной анти-VEGF терапии и при этом существенно уменьшить количество дополнительных инъекций.
Sura-vec — ABBV-RGX-314
Эта программа отличается способом доставки.
При субретинальном введении в клетки сетчатки доставляется ген, кодирующий анти-VEGF антительный фрагмент.
Набор пациентов в двух pivotal-исследованиях — ATMOSPHERE и ASCENT — уже завершен. Первые основные результаты ожидаются в конце 2026 года.
Существует и супрахориоидальный вариант введения, который исследуется отдельно.
Ixo-vec
Ixo-vec также вводится интравитреально.
В исследовании LUNA через 52 недели среднее снижение потребности в дополнительных анти-VEGF инъекциях составило 88–92%, при этом полностью без дополнительных инъекций оставались 54–69% пациентов в зависимости от дозы.
При этом сохранялись показатели зрения и анатомического состояния сетчатки.
Сейчас препарат проходит pivotal-исследование ARTEMIS фазы III.
Что это означает для пациента
Самая важная мысль заключается не в том, что «уколы скоро исчезнут». Это пока неправильно.
Даже после генной терапии пациенты должны будут регулярно проходить ОКТ, проверку зрения и осмотр офтальмолога.
Кроме того, часть пациентов, вероятно, все равно будет нуждаться в дополнительных анти-VEGF инъекциях.
Но если одна процедура позволит существенно уменьшить количество повторных вмешательств на протяжении нескольких лет, это радикально снизит нагрузку и на пациента, и на систему здравоохранения.
Это еще не стандарт лечения
Ни одна из этих технологий пока не стала рутинной терапией влажной ВМД.
Фаза III должна подтвердить не только эффективность, но и долгосрочную безопасность.
Для генной терапии это особенно важно, потому что эффект задуман как длительный и потенциально многолетний.
До получения регуляторных решений стандартная анти-VEGF терапия остается основой лечения влажной ВМД.
На мой взгляд, здесь происходит не просто появление нового препарата. Мы наблюдаем попытку изменить саму модель лечения хронического заболевания. Сегодня врач регулярно вводит лекарство внутрь глаза. Генная терапия предлагает другой принцип: один раз передать клетке правильную генетическую инструкцию и заставить сам глаз длительно производить необходимый терапевтический белок. Это совершенно другой уровень медицины.
Для пациента главная ценность заключается не просто в том, что процедур станет меньше. Самая большая проблема влажной ВМД — потеря контроля над заболеванием. Пациент может пропустить визит. Интервал между инъекциями может оказаться слишком большим. Возникает рецидив жидкости или кровоизлияние, и часть зрительных функций может быть потеряна необратимо. Если генная терапия обеспечит стабильную анти-VEGF активность внутри глаза на протяжении длительного времени, мы получим не просто удобство. Мы можем получить более постоянный контроль заболевания. И это значительно важнее.
Но здесь нельзя торопиться
Генная терапия обладает колоссальным потенциалом, но ее главное преимущество одновременно является ее главным риском. Обычный препарат можно отменить. Действие генной терапии рассчитано на длительный срок. Поэтому к вопросам воспаления, иммунного ответа, дозы, способа доставки и долгосрочной безопасности требования должны быть чрезвычайно высокими. Именно поэтому я бы пока не говорил пациентам: «скоро инъекции закончатся». Я бы говорил иначе: мы впервые действительно приблизились к возможности резко уменьшить зависимость пациента от постоянных инъекций.
Мы внимательно следим за всеми тремя направлениями. Но новые методы должны входить в практику не потому, что они новые, а потому, что они доказали преимущество по эффективности, безопасности и долгосрочному сохранению зрения. Сегодня основой лечения влажной ВМД остаются проверенные анти-VEGF препараты и индивидуально подобранный режим наблюдения. А генная терапия, если результаты III фазы подтвердятся, может стать следующим принципиальным этапом.
«Для меня самое интересное в генной терапии влажной ВМД заключается не в обещании избавить пациента от уколов. Это слишком упрощенный взгляд. Настоящая ценность значительно глубже: мы пытаемся сделать так, чтобы глаз самостоятельно и длительно вырабатывал необходимый терапевтический белок и тем самым постоянно контролировал заболевание. Если III фаза подтвердит эффективность и безопасность этих технологий, мы перейдем от периодического введения лекарства к длительной биологической терапии, работающей непосредственно внутри глаза. Это уже не просто новый препарат — это потенциально новая модель лечения хронических заболеваний сетчатки.»
Профессор В.В. Куренков
