Мы привыкли воспринимать гормоны как вещества, которые регулируют обмен веществ, рост, репродуктивную функцию или сон.
Однако современные исследования показывают: многие гормональные сигналы работают непосредственно и в тканях глаза.
Роговица, слезные и мейбомиевы железы, сетчатка, зрительный нерв и другие структуры имеют рецепторы к инсулину, факторам роста, половым гормонам и мелатонину.
Поэтому в офтальмологии формируется необычное направление — локальная гормонально-трофическая терапия глаза.
Главная идея заключается не в системном изменении гормонального фона человека, а в том, чтобы использовать определенную молекулу непосредственно там, где требуется восстановить клетку, ускорить регенерацию или повысить устойчивость ткани.
Инсулин: из эндокринологии — в лечение роговицы
Сегодня именно инсулин находится ближе всего к реальному клиническому применению в этом новом направлении.
Исследования последних лет показывают, что местное применение инсулина способно стимулировать миграцию и пролиферацию эпителиальных клеток роговицы и ускорять закрытие персистирующих эпителиальных дефектов.
Систематический обзор 2025 года включил 268 пациентов и показал перспективные результаты при нейротрофической кератопатии, диабетической кератопатии, персистирующих дефектах эпителия и ряде других заболеваний глазной поверхности.
В 2026 году опубликованы и новые клинические данные: в реальной практике у пациентов с нейротрофической кератопатией полное эпителиальное заживление наблюдалось примерно у 78% глаз II–III стадии. Однако пока отсутствуют единые стандарты концентрации, режима применения и длительности лечения.
То есть инсулин уже перестал быть просто лабораторной гипотезой, но еще не стал универсальным стандартом офтальмологической терапии.
IGF-1 и гормон роста: регенерация вместо простого заживления
Не менее интересна система гормона роста (GH, growth hormone) — инсулиноподобного фактора роста-1 (IGF-1, insulin-like growth factor 1).
Рецепторы этих факторов присутствуют в тканях роговицы, а экспериментальные данные показывают их участие в миграции эпителиальных клеток, поддержании кератоцитов и процессах регенерации.
Особенно привлекательна идея использования этих сигналов при нейротрофических состояниях, после хирургических вмешательств или после кросслинкинга.
Но здесь возникает важная проблема.
Стимулировать клеточный рост недостаточно.
Необходимо убедиться, что новая ткань формируется правильно, сохраняет прозрачность и нормальную биомеханику. Особенно это принципиально при кератоконусе, где нарушение структуры стромы является частью самого заболевания.
Поэтому GH и IGF-1 пока остаются преимущественно исследовательским направлением, а не готовым способом лечения кератоконуса.
Андрогены: новое направление лечения сухого глаза
Совсем другая задача возникает при дисфункции мейбомиевых желез и синдроме сухого глаза.
Мейбомиевы железы очень чувствительны к половым гормонам, особенно к андрогенам.
В 2025 году опубликовано небольшое рандомизированное исследование местного применения тестостеронового геля на веки у пациентов с умеренным и тяжелым сухим глазом.
Через четыре недели отмечалось улучшение стабильности слезной пленки, качества секрета мейбомиевых желез и ряда симптомов.
Однако исследование включало всего 24 пациента, а у женщин была выявлена выраженная системная абсорбция тестостерона.
Поэтому направление выглядит перспективным, но одновременно показывает одну из главных проблем локальной гормональной терапии: местное нанесение еще не означает отсутствие системного действия.
Эстрогены: сложнее, чем кажется
Рецепторы эстрогенов присутствуют в роговице и других структурах глаза.
Изменения уровня эстрогенов связаны с изменениями толщины, гидратации и биомеханических свойств роговицы, а также обсуждаются в контексте сухого глаза и кератоконуса.
Но эффект эстрогенов неоднозначен и зависит от пола, возраста, гормонального статуса и ткани-мишени.
Поэтому сегодня нельзя говорить об эстрогеновых каплях как о готовом регенеративном лечении.
Напротив, именно эти данные показывают, насколько чувствительна роговица к гормональной регуляции и насколько осторожно необходимо вмешиваться в такую систему.
Мелатонин: не только гормон сна
Еще более неожиданное направление — мелатонин.
Его рецепторы обнаружены в сетчатке, цилиарном теле и других структурах глаза.
Экспериментальные исследования показывают потенциальные антиоксидантные, противовоспалительные и нейропротективные свойства мелатонина, а также возможное влияние на внутриглазное давление.
Поэтому изучается его возможная роль при глаукоме, возрастной макулярной дегенерации и других заболеваниях сетчатки.
Однако систематический обзор 2024 года показал существенный разрыв между хорошими доклиническими результатами и реальной клинической практикой: большинство новых форм доставки мелатонина пока не прошло полноценного клинического подтверждения.
Что объединяет все эти исследования
На первый взгляд инсулин, тестостерон, гормон роста и мелатонин никак не связаны между собой.
Но у них есть общий принцип.
Мы начинаем использовать гормон не ради его классического системного действия, а как локальный клеточный сигнал.
- Инсулин — для стимуляции эпителиального восстановления.
- GH и IGF-1 — для управления регенерацией и клеточным метаболизмом.
- Андрогены — для восстановления функции мейбомиевых желез и глазной поверхности.
- Мелатонин — потенциально для нейропротекции и метаболической защиты сетчатки и зрительного нерва.
Это совершенно другой взгляд на гормональную терапию.
В медицине существует интересная закономерность: иногда хорошо известный препарат спустя десятилетия получает совершенно новое применение.
Инсулин был создан для лечения сахарного диабета. Сегодня мы изучаем его как локальный стимулятор регенерации эпителия роговицы.
Мелатонин известен как регулятор циркадных ритмов. Теперь исследуется его потенциальное нейропротективное действие в глазу.
Андрогены традиционно воспринимались исключительно как половые гормоны, но оказалось, что они непосредственно влияют на функцию мейбомиевых желез.
Это показывает, насколько сложна биология глаза.
Мы долго воспринимали глаз преимущественно как оптическую систему.
Но современная биология показывает, что это сложная тканевая система, постоянно регулируемая гормонами, факторами роста, нейропептидами, цитокинами и метаболическими сигналами.
Практически каждая клетка получает множество команд: делиться или остановиться; восстанавливаться или переходить в состояние покоя; синтезировать новый внеклеточный матрикс; запускать воспалительную реакцию; защищаться от оксидативного повреждения.
Если мы научимся точно управлять этими сигналами локально, возможности офтальмологии существенно расширятся.
Почему мне особенно интересен инсулин
Из всех обсуждаемых молекул инсулин сегодня выглядит наиболее практически близким. Мы имеем человеческие клинические данные, относительно понятный механизм действия и достаточно хороший профиль переносимости в опубликованных исследованиях. Особенно перспективными представляются нейротрофическая кератопатия и персистирующие эпителиальные дефекты. Но я бы не спешил превращать даже хороший научный результат в рутинное назначение. Пока отсутствуют стандартизированная лекарственная форма, единая концентрация, режим терапии и крупные рандомизированные исследования. Именно поэтому следующий шаг должен быть не «всем капать инсулин», а правильно поставить клиническое исследование.
Мне кажется, наиболее интересное направление находится еще дальше.
Роговица, например, восстанавливается не под действием одной молекулы.
В этом процессе участвуют инсулин и IGF-1, нервный фактор роста, substance P, эпидермальный фактор роста (EGF, epidermal growth factor) и целая система других сигналов.
Профессор В.В. Куренков