В октябре 2026 года американское Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств (FDA) одобрило применение глазных капель фентоламина 0,75% (RYZUMVI) для коррекции пресбиопии у взрослых.
Годом ранее аналогичное показание получил другой препарат – ацеклидин 1,44% (VIZZ).
Оба средства позволяют временно улучшать зрение вблизи, но используют для этого не восстановление аккомодации, а хорошо известный оптический эффект уменьшения диаметра зрачка.
Разные препараты – один принцип действия
Ацеклидин действует на мускариновые рецепторы сфинктера радужки, вызывая сужение зрачка при относительно небольшом воздействии на цилиарную мышцу.
Фентоламин действует иначе. Он блокирует α-адренорецепторы дилататора радужки, ослабляя механизм расширения зрачка.
Таким образом, препараты различаются фармакологическим механизмом, но приводят к сходному оптическому результату.
Когда зрачок уменьшается, возрастает глубина резкости, благодаря чему пациент может лучше различать предметы на близком расстоянии без дополнительной фокусировки хрусталика.
Этот принцип давно известен в оптике и используется, например, при коррекции зрения через небольшое отверстие – так называемый pinhole-эффект.
Что показали клинические исследования?
Эффективность ацеклидина подтверждена исследованиями CLARITY, в которых оценивалось улучшение зрения вблизи без существенного ухудшения зрения вдаль.
Для фентоламина проведены исследования VEGA-2 и VEGA-3 с участием в общей сложности 902 человек. Через 12 часов после вечернего применения, на восьмой день лечения, улучшение зрения вблизи не менее чем на три строки таблицы наблюдалось у 22,6–27,2% участников, получавших препарат, по сравнению с 11,0–11,5% в контрольных группах.
Это подтверждает реальный, но неодинаковый у разных пациентов эффект.
При этом препараты не лишены нежелательных реакций. Для ацеклидина описаны раздражение глаз, временное потемнение зрения и головная боль. Для фентоламина наиболее характерны покраснение конъюнктивы и дискомфорт при закапывании.
Решают ли эти капли проблему пресбиопии?
Нет, если под решением понимать восстановление утраченной способности глаза изменять фокусировку.
Возрастные изменения хрусталика продолжаются независимо от того, насколько эффективно удается сузить зрачок.
При этом уменьшение диаметра зрачка закономерно ограничивает количество света, поступающего в глаз, что может создавать дополнительные трудности при недостаточной освещенности.
Поэтому появление новых препаратов расширяет возможности временной нехирургической коррекции пресбиопии, но не означает, что найден способ восстановить естественную аккомодацию.
И каждый раз возникает один и тот же принципиальный вопрос.
Мы действительно устраняем причину нарушения зрения или лишь создаем условия, при которых пациент временно меньше замечает ее последствия?
В данном случае ответ достаточно очевиден.
И ацеклидин, и фентоламин используют давно известный оптический принцип – увеличение глубины резкости при уменьшении диаметра зрачка.
Различаются рецепторы и фармакологические механизмы, но сама идея остается прежней.
Пресбиопия возникает прежде всего вследствие возрастного изменения биомеханических свойств хрусталика и снижения способности оптической системы глаза изменять фокусировку.
Ни один из рассматриваемых препаратов эти изменения не устраняет.
Мы просто уменьшаем диаметр зрачка и тем самым расширяем диапазон расстояний, на которых изображение воспринимается достаточно четким.
Но у такого подхода имеется объективное физическое ограничение.
Уменьшая зрачок, мы одновременно уменьшаем световой поток, поступающий на сетчатку. При определенных условиях это может ухудшать зрительный комфорт, особенно в сумерках, когда человеку, наоборот, необходимо максимальное поступление света.
Более того, оптический эффект зависит от исходного диаметра зрачка, освещенности, рефракции и других индивидуальных особенностей глаза.
Два препарата еще не означают двух принципиально новых решений.
«Для меня появление ацеклидина, а теперь и фентоламина для коррекции пресбиопии представляет интерес прежде всего как пример того, насколько по-разному фармакология может реализовать один и тот же оптический механизм.
Но я бы не стал называть это новым этапом в лечении самой пресбиопии. Мы не возвращаем хрусталику утраченную эластичность, не восстанавливаем способность глаза к естественной фокусировке и не останавливаем возрастные изменения.
Мы лишь искусственно уменьшаем диаметр зрачка, увеличивая глубину резкости. И хотя такой подход может быть полезен отдельным пациентам, он имеет вполне определенные физические и физиологические ограничения.
Поэтому с точки зрения решения самой проблемы пресбиопии я рассматриваю это направление как ветвь с ограниченной перспективой. Можно создавать новые препараты, совершенствовать их переносимость, увеличивать продолжительность действия, но пока мы продолжаем использовать один и тот же способ оптической компенсации.
Настоящий прорыв я связывал бы с технологиями, способными восстановить аккомодационную функцию глаза или обеспечить более физиологичное изменение его оптической силы.
Именно там, на мой взгляд, находится принципиально иной путь решения проблемы пресбиопии.»
Профессор В.В. Куренков